Выйду ночью в кухню с котом
Свет незажигая при том
Спит моя семья, спит усталый дом
Только мы с котом на кухню идём
По холодному, по полу полу
К холодильнику с котом я иду.

Ночью в темноте благодать
Что в натуре ничего не видать
Только мы с котом, отпихом басиком
Как собаки две голодные идём
В животах урчит, а тени на полу
Это я с котом на кухню идём

Гляну сверху я на кота
Ты веди по дому меня
По бескрайнему, дому моему
Лишь тебе во тьме всё видно одному
Только верный кот, в кухню путь найдёт
Ну а я во тьме слепой, словно крот

Дай-ка я разок погляжу,
Как мне подобраться к ножу
Ай на секунду свет: Б**ь, где же винигрет
Али есть он в кухне, али его нет
Посмотрю разок, где томатный сок
А потом где-же сало кусок

Ай в холодильнике благодать
Как бы с**а всё не сожрать
А коту плесну молоко глоток
Полакай-ка молока пока браток
Надо вискас твой тоже заточить
Ток что только молочище будешь пить

Будет сытным мой бутерброд
Ну когда же свин мой пройдёт
Перестань скорей мой живот урчать
Ведь жена начнёт по утру ворчать
Это мы с котом съели все харчи
Перестаньте же свинячить врачи

В число пассажиров чартерного рейса входили три члена китайской делегации на Бандунгской конференции и один член делегации Демократической Республики Вьетнам. Остальными пассажирами были журналисты - пятеро из Китая, один из Польши и один из Австрии.
Цель террористов, Чжоу Эньлай (премьер Госсовета КНР), планировал лететь из Пекина в Гонконг, а оттуда на "Принцессе Кашмира" прибыть в Джакарту. Приступ аппендицита вынудил его отложить вылет на три дня, и вместо Гонконга Чжоу отправился в Рангун, где встретился с индийским премьер-министром Джавахарлалом Неру и бирманским премьер-министром У Ну, после чего прибыл в Бандунг для участия в конференции.
Некоторые историки утверждают, что Чжоу, возможно, был в курсе готовящегося покушения, и никакого аппендицита не было.
На следующий день после аварии МИД КНР выступил с заявлением, в котором охарактеризовал взрыв как "убийство, подготовленное спецслужбами США и Чан Кайши". В то же время губернатор Гонконга сэр Александр Грэнтэм отверг причастность Гонконга к взрыву. Однако позже, 26 мая, индонезийская следственная комиссия объявила, что в бомбе был установлен детонатор МК-7 американского производства, в связи с чем высока вероятность того, что бомба была заложена на борт самолета именно в гонконгском аэропорту.
Гонконгские власти объявили вознаграждение в размере 100000 гонконгских долларов за информацию, способствующую аресту виновных. Под подозрение попал 71 человек, имевший отношение к подготовке рейса Air India. Вскоре главным подозреваемым стал Чоу Цзэминь, уборщик Hong Kong Aircraft Engineering Co., который хвастался перед друзьями своей ролью в организации взрыва, а также потратил большие суммы денег. Гонконгская полиция пришла к выводу, что Чоу подложил бомбу в самолет по заданию гоминьдана (консервативная политическая партия Китайской Республики), и 3 сентября выдала ордер на его арест. Однако за несколько часов до этого Чоу бежал на Тайвань самолетом авиакомпании Civil Air Transport, принадлежащим ЦРУ.
Гонконг потребовал выдачи Чоу, на что Тайвань ответил отказом, заявив также, что Чоу агентом гоминьдана не являлся.
В марте 1955 года группа завербовала для совершения теракта Чоу Цзэминя, имевшего легкий доступ к самолету Air India, и предложила ему 600000 гонконгских долларов и убежище на Тайване в случае необходимости.
В одном из китайских документов, рассекреченных в 2005 году, содержится вывод об ответственности за взрыв секретной службы гоминьдана.

Также ходили слухи, что помимо гоминьдана к этому инциденту приложило руку ЦРУ, однако никакими доказательствами, помимо факта бегства Чоу на самолете, принадлежащем ЦРУ, следствие не располагало. Но десятилетие спустя несколько американцев начали утверждать о своей причастности к взрыву.
В 1966 году комитет сената США по расследованию операций ЦРУ заслушал показания, в которых говорилось об участии ЦРУ в подготовке убийства восточноазиатского лидера, присутствовавшего на азиатской конференции 1955 года. Личность этого лидера оставалась неизвестной до 1977 года, когда Уильям Корсон, отставной офицер разведки морской пехоты США, служивший в Азии, опубликовал книгу "Armies of Ignorance", где идентифицировал этого лидера как Чжоу Эньлая.
В июле 1960 года бывший сотрудник шифровальной службы госдепартамента США Джон Дискоу Смит бежал в СССР. В 1967 году вышла его книга "I was a agent CIA in India", отрывки из которой были опубликованы 15 ноября того же года в "Литературной газете". Там Смит рассказал о многих своих операциях и, в частности, заявил, что в 1955 году офицер ЦРУ при посольстве США в Дели Джек Кэррен попросил его передать мешок некоему Ванг Фенгу, проживающему в "Maidens Hotel". По утверждению Смита, в мешке находилась бомба, предназначенная для взрыва "Принцессы Кашмира".

- Ну мать же его так!, - я увидел люк и в нем колесо. Рядом валялись какие-то веревки, пара монтажных поясов и…. и что то еще, что я не успел рассмотреть…
…Потому, что из под колеса, из темных недр колодца на меня глянула пара глаз и хриплым голосом поинтересовалась:
- Ну и что за х*ня тут происходит?
Отпрыгнув от неожиданности в сторону и Иопнувшись об чей-то бампер, я нашел в себе смелость поинтересоваться:
- А ты кто?
Из тирады, донесшейся из недр земли следовало, что я, человек нетрадиционной ориентации с плохим зрением, которое я приобрел от постоянных ударов по голове предметом первичного полового признака у мужчин. Что специально для таких, как я, при этом он скрестил дятла с пекинесом, были разложены веревки. Все остальные остались людьми, я почему стал самцом черепахи в интересном положении, а теперь, вступив в *****ное отношение с колесом, оратор остался без обеда.
- Ндааа, - я присел на корточки над дырою и закурил.
Я размышлял, как без потерь поднять машину и сломалось ли там что-нибудь. В задумчивости я докурил сигарету и бросил ее в колодец. В то же мгновение из под земли раздался рев от которого подпрыгнул пистолетчик и водила шестерки, а оранжевая макушка каски начала стремительно подниматься вверх по лестнице.
- Извините, - попросил я прощение у каски.
В ответ я услышал новые подробности о гигиене своего рта, а также *****ных отношений между сантехником и окурком. Потом последовали перспективы местонахождения окурка на моем теле.
После эпического опуса, Сантехник скрылся в темноте подземелья, а я разозлившись ударил колесо ногой. Я просто ударил. Ну ударил и все! Ну кто же знал, что в протекторе на соплях держался небольшой камешек?! От удара он выскочил и весело полетел вниз. Я замер. Вместе со мной в ожидании страшного замерла Москва. Такое впечатление, что замерло все живое. В этой тишине остановившегося времени камешек радостно, наращивая скорость летел к намеченной цели. Прошло наверно туча времени, как я услышал глухое тук. Это каска радостно приняла друга-камень.
- ЕееееееппооооннаааМАААТЬ!!!
Страшный вопль разорвал темноту подземелья и метнувшись в боковые проходы понесся в разные стороны.
- ШОЗОИОПАНАРООООТ!!! - новый рев за секунду достиг Кремля и заставил Минина и Пожарского стиснуть зубы. Птицы рванули в разные стороны. Внизу показалась судорожно поднимающаяся по лестнице каска, хозяин которой явно имел цель дружески пообщаться со мной. Он был зол. Поэтому он летел вверх по лестнице, как Ромео к любимой Джульетте. Но то ли он забыл причину, по которой он застрял тут, то ли просто не успел погасить скорость, но взлетев наверх он со всего маху впечатался макушкой в колесо.
- Йоп! - крякнул мужик, и каска покинув высокоинтеллектуальную голову, красиво кувыркаясь полетела в темноту. Я даже услышал , как падая, каска разрезала воздух. Раздавшийся с низу оглушительный рев показал мне, что сантехники работают парой. Я человек вежливый, поэтому поинтересовался:
- Не больно?
Мой вопрос остался без ответа. Второй сантехник вступил в *****ную связь с первым, при этом обещая первого оправить на медицинское обследование с тяжелыми травмами в результате все того же акта. Первый в долгу не остался, но в конце доступно объяснил, кто тому виновен. У меня пересохло во рту и я достал бутылку воды из боковой дверцы. Первый сантехник закончил и закашлялся, видно тяжело ему дается ораторское искусство с ударенной головой.
- Не хотите ли попить? - и я протянул сантехнику, трущему ушибленную макушку, открытую бутылку минералки. Ну естественно горлышком вниз.
- Шооозаахууу*няааааа! - его тембру позавидовал бы Тарзан, а Кинг-Конг бы утопился. При этом сантехник выронил разводной ключ.
- ЕЕе*аааать мои худые крылья! Феедя ууууеее*ыыыывааай, клююююч!- сопровождал пояснениями мирный полет ключа ушибленный сантехник.
- Ху*к! Все пиз*ец ослику!- это был итог приземления ключа.
То что последовало, после попадания ключа, не передать словами. Весь словарный речитатив мог уложить половину барышень со слабой психикой на неделю и поспорить с лексиконом боцмана. Такой напор ярости легко бы остановил тайфун и утопил бы авианосец ‘Кеннеди’ с полной боевой нагрузкой. - Ндааа! Пара разъяренных сантехников- это страшная, и не только физическая, сила. Это еще и всплеск неслыханной интеллектуальности, сообразительности и проворства. Рявкнув напарнику вниз, что в ту есть еще один выход наружу, крендель, без каски и со слипшимися волосами так засеменил вниз по лестнице, что военные моряки, признанные покорители трапов, просто шмыгают носами глядя на этого циркача. Всю эту картину наблюдали четыре братка, которые стояли в соседнем потоке и видимо с нетерпением ждали окончания.
- Ну чё, брат, переодевайся? Тебя щас разберут так, что никакой хирург обратно не сошьет!
- Ага! Такие волкодавы и бронепоезд вскроют , мля без нагрузок.- тонко пошутил один.
Все заржали. Я прыгнул за руль и с визгом рванул назад. Благо очередь заблаговременно объезжала меня. Я уже почти вырулив, краем глаза заметил, как какой-то лихач, решив объехать всю очередь и попасть к колонке первым, не заметил ловушки и ху*кнулся точно в люк. Выскочил с машины, и с нецензурными криками стал швырять веревки в люк. В 20-ти метрах от заправки приподнялся люк, выпуская наружу 2-хсантехников.
Это были не люди. Это были две торпеды, тупо направленные на выполнение своей миссии. Они приближались, по ходу водила-бедолага, который не знал еще о своей участи, прошелся по их ориентации и умственным способностям. Лица сантехников изменились в каменные, а кулаки еще крепче сжали сантехнические принадлежности внушительной комплектации. Братки задохнулись от смеха, из их джипа слышалось сдавленное хрюканье. Водила всё больше расходился. Я старался, как мог увеличить дистанцию.
- Это ты?- еле слышно выдавил тому водиле облитый ‘король говна и пара’.
- Х*ли тыкаешь! Пооткрывали, мля свои норы, так хоть обозначили бы нах. Всё мужики, вы на ремонт тачки устроились. Даже если свои каски и ключи ,мля продадите, х*й хватит. Уроды желтожилеточные!
Второй сантехник, внимая этой тираде, закипал. Потом ни слова не говоря, подошел к машине и начал ключом приводить ее в состояние металлолома. К нему подключился первый. Водила вообще впал в прострацию. На заправке остановилось все. Когда они закончили, невозможно было определить не только марку машины, а цвет.
- Все, пиз****! Иду работать в библиотеку. Там люков нет.- сказал второй и, сдирая жилет, пошел куда-то…